Почем культура для народа?

0

Россия переживает бум интереса к искусству и научилась на нем зарабатывать. За последние пять лет, по данным Минкультуры, внебюджетные доходы театров росли на 20% в год. Столько же в 2017 году прибавили сборы отечественного кино. А Московская филармония в первый же день продаж абонементов на концертный сезон — 2018–2019 продала 16% из них (40 тысяч).

Назло рекордам

Зрелищ ждем от государства
Большинство россиян уверены, что государство и должно финансировать все театры, музеи и киностудии, которые заинтересованы в такой поддержке.При этом сами тратить деньги на культуру россияне не спешат, да и часто неоткуда взять. По данным регулярного исследования «РосИндекс» компании Ipsos Comcon, в первой половине 2016 года только каждая третья семья тратила деньги на кино, театр, концерты, музеи. При этом средние затраты сократились в связи с кризисом и теперь составляют не более 1500 рублей за месяц. Самым популярным развлечением у россиян оказались кинотеатры, доля посетителей составила 39%. Однако за 10 лет, с 2006 года, она выросла всего на 8 п. п. Доля посетителей театров выросла за 10 лет на 3%, до 26% в 2016 году.

На встрече с президентом, посвященной итогам работы Минкультуры за девять месяцев 2017 года, глава ведомства Владимир Мединский рассказал, что в 2016 году был поставлен рекорд по сборам в российском кино начиная с 1991 года. Отечественным лентам удалось собрать 8,6 миллиарда рублей. А по итогам 2017 года сборы превысили 12 миллиардов рублей. Знакомиться с новинками помогает программа кинофикации регионов: кинотеатры открываются в райцентрах и малых городах страны. К 2019 году их планируется открыть около тысячи (сейчас — 437).

Продажи билетов в федеральных театрах за последние пять лет, по словам Мединского, выросли на 109%, а в целом по стране — на 69%. В 2016 году посещаемость театров превысила 38 миллионов человек, что также стало рекордом с 1991 года. Это позволяет увеличивать и внебюджетные доходы учреждений культуры. Как отметил министр, внебюджетные доходы театров в России выросли на 69%, а федеральных театров — на 105%.

Впрочем, есть и другая, менее оптимистичная статистика. В том же 2016 году эксперты РБК проанализировали финансовые итоги работы почти 650 театров и пришли к выводу, что, если не учитывать дотации, в России ни одного коммерчески успешного государственного театра нет. Как показало исследование, общий размер всех видов госсубсидий в совокупном объеме доходов превышает 75% в среднем по всем учреждениям. Например, общая сумма доходов (с учетом госдотаций) Большого театра в 2016 году составила 7,8 миллиарда рублей, из них коммерческие доходы — только 3,1 миллиарда. При этом расходы составили 7,3 миллиарда рублей. МХТ им. Чехова заработал 1,1 миллиарда рублей, из них коммерческих доходов — 524 миллиона, расходы составили 1 миллиард рублей. В регионах ситуация хуже: например, Чувашский государственный театр оперы и балета заработал 137 миллионов рублей, из них коммерческий доход — 16 миллионов, расходы — 100 миллионов.

Производственный феномен

На экономику культурных учреждений влияет и феномен «отставания производительности», обращает внимание заведующий сектором Государственного института искусствознания Министерства культуры РФ Александр Рубинштейн в своей статье «Могут ли исполнительские искусства быть прибыльными?» (опубликована в первом выпуске научного журнала РАН «Вопросы теоретической экономики» в 2017 году).

С 1991 по 2010 год производительность труда по экономике в целом была выше, чем в театрах и концертных организациях. Причем в исполнительских искусствах этот показатель снижается как при падении общей производительности (в период 1991–1995 годов), так и при ее росте (начиная с 1996 года) — вне зависимости от кризисного или посткризисного состояния экономики. Так, с 1991 по 1995 год среднегодовой темп прироста отношения производительности труда в театрах и концертных организациях к этому показателю в целом по экономике составил минус 3,7%, а 10 лет спустя, в период с 2001 по 2005 год — минус 3,3%. Незначительный рост был только в 2006–2010 годах (0,2%).

Одно из объяснений, полагает профессор Рубинштейн, может состоять в том, что снижение производительности труда в исполнительских искусствах вызвано сокращением спроса на эти виды культурных благ. Это, в свою очередь, связано с тем, что возможностей проведения досуга становится больше, усиливается конкуренция за свободное время людей.

Начиная со второй половины XX века массовая культура распространялась на фоне роста «домашних» форм потребления искусства. В 1970-е годы — расцвет телевидения, в 1980-е — видео- и аудиопродуктов, на рубеже XX–XXI веков — интернета и компьютерных игр. Как отмечает профессор, два «великих цивилизационных тренда» — глобализация и быстрое распространение информационно-коммуникационных технологий — принципиально трансформировали институциональную среду, изменив ценностные ориентации и нормы поведения в российском обществе, влияющие на художественные предпочтения и спрос на культурные блага.

Пираты в потоке

Технологии сегодня значительно меняют потребление культурных услуг во всем мире. В 2017 году, по данным Всемирного обзора индустрии развлечений и СМИ от PwC, мировой тенденцией стала подписка на музыкальные сервисы, которая пришла на смену покупке музыкальных записей. При этом сегмент цифровых музыкальных записей в 2016 году впервые превысил доход от музыкального контента на физических носителях и составил 10,7 миллиарда долларов.

В России, как и во всем мире, растет интерес к сервисам потокового воспроизведения. Их совокупная выручка в России в 2017 году оценивалась в 22 миллиона долларов. Это на 52% больше, чем в 2016 году.  Однако проблемой для индустрии остается пиратство.

Совокупная выручка музыкальной индустрии в России, по данным PwC, в 2016 году уменьшилась на 4,6%, до 551 миллиона долларов. Основным фактором сокращения эксперты считают сжатие сегмента живой музыки — люди предпочитают более доступные виды развлечений, чем посещение концертов.

Ожидалось, что блокировка крупнейшего и самого известного торрент-трекера RuTracker по решению суда в январе 2016 года нанесет серьезный удар по культуре торрентов, откуда часто скачивались музыкальные композиции.

Однако результат не оправдал ожиданий. Доступ к RuTracker по-прежнему можно получить с помощью прокси-серверов. В 2016 году трафик сайта, по разным оценкам, сократился только на 20%.

«Распространение интернета очень сильно изменило мир культуры. Теперь реализоваться и заявить о себе всему миру стало легче. Но тут же встал вопрос о том, как свою продукцию продавать, если пиратство процветает с еще большим успехом, чем раньше. Музыку пираты очень сильно ограничили. Теперь музыканты в основном зарабатывают на концертах и на рекламе, а не от продажи своей музыки», — отметил первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал. Распространение пиратства, по его словам, связано с тем, что россияне не готовы платить сегодня за то, что можно бесплатно получить завтра. При этом запретительные меры, как считает эксперт, не принесут желаемого эффекта. «Необходимо более детально прорабатывать проблему и сделать продукцию более доступной для широкой аудитории. Не каждый захочет купить лицензионную песню за 100–200 рублей или фильм за 500, если через некоторое время можно будет скачать бесплатно без регистрации и СМС», — сказал он.

Главнейшее искусство

Кассовые сборы российского кино продолжают расти. В 2017 году успешной стала лента «Последний богатырь», собравшая 1,68 миллиарда рублей. В начале 2018 года ее обогнала спортивная драма «Движение вверх», собравшая, по данным ЕАИС на начало февраля, 3,6 миллиарда рублей. Стартовавший на месяц позже фильм «Селфи» на ту же дату собрал 3 миллиарда рублей.

По данным «Невафильм Research», доля посещений российских фильмов в 2017 году составила 23,2%. В прошлом году Министерство культуры и Фонд кино предлагали повысить стоимость прокатных удостоверений для зарубежных фильмов почти в полтора раза, до 5 миллионов рублей. Полученные деньги предполагалось направлять на поддержку российского кинематографа.

По данным Института политических инноваций США, 95% онлайн-загрузок музыки считаются нелегальными.

Эксперты отмечали, что рост стоимости прокатного сбора не сможет значительно повлиять на прокат в нашей стране студийных голливудских блокбастеров (чьи кассовые сборы, как правило, составляют более 10 миллионов долларов), но, вероятно, существенно ограничит присутствие авторского кино на российском рынке. Впоследствии Министерство культуры от своей идеи отказалось.

Некоторые меры поддержки Минкультуры ближе к тем, что применяются в Китае. Например, премьера мультфильма «Паддингтон-2» была перенесена с 18 января на 1 февраля — эксперты отмечали, что это было сделано для поддержки проката российских лент «Движение вверх» и «Скиф». Не лучшим образом на индустрию влияет и постоянное изменение правил игры. «Резкими движениями рынку можно только навредить, и не только рынку, но и культуре — ведь кино все же искусство, а любое ограничение в сфере искусства недопустимо», — настаивает Ксения Леонтьева.

Ксения Леонтьева, ведущий аналитик «Невафильм Research»

Кнутом и пряником
— В европейской традиции принято создавать преференции для отечественного кинопроизводителя. Этого можно добиваться кнутом и пряником. Черты системы «кнута» сейчас наиболее ярко представлены в Китае: рынок защищен жесткими квотами, регулированием дат релиза, цензурой и прочим. В Европе же предпочитают «пряники»: финансовую поддержку получают кинопроизводители (в России это тоже есть) и кинотеатры, которые показывают определенную долю отечественных и европейских фильмов. При этом элемент «пряника» в России развит недостаточно, помощь в открытии кинозалов в городах с населением менее 500 тысяч жителей сейчас сопровождается требованием держать на афише не менее 50% сеансов российских фильмов в квартал, однако других мер поддержки Фонд кино кинотеатрам не предоставляет, а в условиях, когда летом выходит достаточно мало российских фильмов и собирают они хуже, чем иностранные, таким кинотеатрам приходится тяжело. Радостная новость была опубликована в конце января — Фонд готов помочь субсидированным кинотеатрам получать российские картины в обход минимальной гарантии, которую часто требуют прокатчики от малых игроков.

 

КУЛЬТУРА В РЫНОЧНОМ  ТОТАЛИТАРИЗМЕ

Людмила Алексеевна Булавка-Бузгалина

Профессор Центра современных марксистских исследований философского факультета МГУ имени Ломоносова, Главный научный сотрудник Центра изучения социокультурных изменений Института философии Российской академии наук, д.ф.н.

– Культура – это то, что пронизывает общественные отношения, отношения между людьми, не важно, где, в театре, на заводе, в общественном транспорте, дома. Это отношения, которые пронизывают людей, пронизывают жизнь людей и все сферы вообще человеческой жизнедеятельности и общественной равно. Всегда любая культура несла идеалы гуманизма, только в какой мере они были абстрактны или конкретны, это совсем уже другой вопрос. Но это всегда была сфера, где главная проблема – это была проблема человека.

Сегодня культура превратилась в огромную фабрику, это мегаиндустрия, которая сама производит разные феномены отчуждения. И эти разные феномены отчуждения сегодня становятся товаром. Культура выращивается, она воспроизводится, производится общественными отношениями, общественной реальностью, а сегодня, мне кажется, контрапункт отношений культуры, общества и экономики связан с рынком. Мы живём в эпоху диктатуры рыночного тоталитаризма. Покажите мне хоть одну сферу, где нет диктатуры рынка. Да, культура имела рыночные формы, как только появился рынок, но она сегодня сама стала рынком. Картины Тропинина, картины художников XIX, XVIII века продавались, они становились товаром на рынке искусства, но сами они не несли вот эту оптику рыночного взгляда. Я сейчас говорю об одной из тенденций, которая господствует, потому что кроме этого есть и настоящее искусство, и культура сегодня, но господствует тенденция, когда вы должны представить такое произведение культуры или художественной культуры, или даже научной, которая должна соответствовать канонам рынка. Если вы это не делаете, оно не будет востребовано. Более того, сегодня даже научный, художественный товар только тогда имеет общественный спрос, когда он становится престижным.

КУЛЬТУРА ДЛЯ БУДУЩИХ ОТКРЫТИЙ

Татьяна Черниговская

Профессор Санкт-Петербургского государственного университета, Заведующая лабораторией когнитивных исследований, д.ф.н., д.б.н.

 

– Начнем с того: нужны ли современной экономике люди или нет? Представьте себе, что вы набираете себе сотрудников и я набираю себе сотрудников. Давайте решим, каких мы хотим иметь сотрудников, теоретически? Мне нужен сотрудник с абсолютной памятью? Нет, не нужен, потому что у меня компьютер стоит. Мне нужен человек, который очень тщательно пробирочки переставляет с места на место? Не нужен. Мне нужен сотрудник, который хорошо думает, более того, который не тривиально думает, потому что просто хорошо умеет думать и компьютер. Люди нужны для того, чего компьютер в обозримом будущем сделать не сможет – для творческих порывов. Он смотрит на стакан, а открытие делает в области физики. Или рождает гениальное произведение живописи. Понимаете, Леонардо да Винчи, равно как и Моцарт или Шнитке, — кого угодно называйте, – это не компьютер, это какие-то совершенно невероятные ходы. Нужно развивать в детях, и в студентах в дальнейшем, эту чуткость к необычным ходам. Это значит, что мы должны вводить в учебные программы такие вещи, как музыка, живопись, искусство – это не вопрос хорошего тона и не о том, что мальчик из хорошей семьи должен знать, кто такой Вивальди. Это – про то, что такое широкое ассоциативное поле, которое человек получает, если он много читает, много слушает, много смотрит, много ездит, наблюдает за цветочками и птичками, – даст ему неожиданные ходы для открытия в его области, где он, может быть, станет пионером.

 

Автор: Надежда Пелевина

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here