Чудеса Петра Барка

0

150 лет назад родился Петр Львович (Людвигович) Барк, последний министр финансов Российской империи. 

Финансист Первой мировой

Когда в 1914 году стало известно о назначении Барка на пост министра финансов, один из современников спросил: «Как? Выдвигают Барка? Разве он так умен?». Ответил Витте: «Деньги-то платят разве за ум? Платят за нюх только». Вот этот нюх, скажем деликатнее – интуиция в обращении с государственными финансами, позволял Барку творить чудеса. И вот главное чудо.

Первая мировая  война началась через два месяца после назначения Петра Львовича министром финансов. 512 миллионов рублей – финансовая наличность, находившаяся в распоряжении царского правительства к 1 августа 1914 года. Две первые недели Мировой войны обошлись казне в 800 миллионов. Казалось очевидным, что рубль должен был бы стремительно превратится в бесполезную бумажку. Этого не произошло. К началу 1917 года рубль сохранил 53,2% своей ценности и не утратил доверия населения и биржи.

В 1914 году, еще до начала войны, Барк  дал указание перевести российские деньги из немецких банков-корреспондентов в Париж и Санкт-Петербург. В Германии были еще до войны ликвидированы российские депозитные счета. С началом войны по инициативе Барка был приостановлен размен кредитных билетов на золото.

Большую роль в стабилизации финансов с началом войны сыграли и давние личные связи Барка с зарубежными финансовыми воротилами. История сохранила для нас фотографию встречи руководителей финансовых ведомств стран Тройственного союза. Посмотрите на нее. За столом сидят Барк, Рибо и Ллойд Джордж. Барк просит у них кредиты и они ему не отказывают.

Карьерный рост

Петр Львович Барк родился 18 апреля 1869 года в Екатеринославской губернии. Дед, лютеранин, арендовал имение в Лифляндской губернии. Отец, Людвиг Барк, был управляющим Великонакдольским лесничеством, по выслуге чина получил потомственное дворянство. Петр был крещен по православному обряду, по вере русской матери.

Окончив юридический факультет Санкт-Петербургского университета, работал в особенной канцелярии по кредитной части в Министерстве финансов, часто выезжал в командировки в европейские столицы. Сергей Юльевич Витте послал молодого финансиста на полгода изучать банковское дела в банкирский дом Мендельсонов в Берлин и впоследствии вспоминал, что «это пошло Барку впрок». Витте и в дальнейшем оказывал Барку всемерную поддержку в его карьере, поручая воплощать в жизнь ряд своих проектов.

Разработанная Витте программа российской экономической экспансии на Среднем и Дальнем Востоке потребовала дельных исполнителей. Считавшийся как раз таковым Барк в феврале 1898 года получил новое назначение и стал председателем правления Учётно-ссудного банка в Персии, а через год вошёл в правление Русско-китайского банка (оба банка были негласными филиалами российского Государственного банка). В 1901 году Барк также был избран товарищем председателя только что образованного фондового отдела Петербургской биржи, а ещё через год по инициативе Витте стал директором правления общества Энзели-Тегеранской железной дороги и персидского страхового и транспортного обществ.

Путь на высший пост

В феврале 1905 года Барк возглавил Санкт-Петербургскую контору Государственного банка, а год спустя стал товарищем управляющего банком Сергея Ивановича Тимашева. Толковый и компетентный чиновник, Барк рассматривался в финансовом ведомстве как вероятный кандидат на место Тимашева, но именно реальная вероятность этого назначения и заставила его подать в отставку из министерства финансов. Настолько хлопотная и низкооплачиваемая руководящая должность на тот момент не входила в планы Барка. Он подал в отставку с государственной службы и предпочёл заняться коммерцией. В период с 1907 по 1911 году работал директором-распорядителем и членом правления Волжско-Камского коммерческого банка.

Вновь на госслужбу Барк был призван Петром Аркадьевичем Столыпиным. В 1911 году Барк произведён в действительные статские советники и назначен товарищем министра торговли и промышленности, все того же Тимашева. Назначен не без задней мысли. По словам бывшего в то время министром финансов Коковцова, это назначение имело своей целью «приручить» Барка и подготовить в его лице «более сговорчивого», чем Коковцов, министра финансов.

Трагическая гибель Столыпина отсрочила, но вовсе не отменила эти планы. 30 января 1914 года Барк был назначен на место управляющего Министерством финансов, вместо отправленного в отставку министра Коковцева,  а три месяца спустя, 6 мая занял пост министра финансов и шефа Отдельного корпуса пограничной стражи.

Ещё до назначения на пост управляющего министерством, 26 января 1914 года, Барк на Высочайшей аудиенции представил царю свою финансовую программу. Он категорически заявил: «Нельзя строить благополучие казны на продаже водки… Необходимо ввести подоходный налог и принять все меры для сокращения потребления водки». Спустя полгода по его инициативе законом от 16 сентября 1914 года торговля водкой на время войны была прекращена. Введение «сухого закона» имело неоднозначные последствия. С одной стороны, правительству удалось сократить потребление алкоголя, повысить производительность труда и снизить количество прогулов. Однако, для покрытия дыры в бюджете были повышены акцизы на ряд других товаров повседневного спроса. При этом государству пришлось выплачивать компенсации владельцам ликёро-водочных, винных и пивных заводов и оставить без работы людей, занимавшихся производством и продажей спиртных напитков. Начало процветать тайное самогоноварение, потребление суррогатов, отравление ими, нарушение закона отдельными винозаводчиками.

Непотопляемый Барк

Еще одно чудо заключается в том, что Петру Барку удалось удержаться на своём посту в период «министерской чехарды» 1915-1917 года, несмотря даже на то, что в борьбе за его смещение принимали участие такие влиятельные политические фигуры, как министр внутренних дел Алексей Хвостов и председатель Совета министров Борис Штюрмер. Против него пытался интриговать имевший влияние на императрицу и входивший в окружение Распутина князь Михаил Андроников, темная личность, прозванный «побирушка».

«Мне постоянно приходилось идти на компромисс и маневрировать между сталкивающимися течениями», – пишет в своих мемуарах Петр Львович.  Именно за это своё качество он и получил прозвище «непотопляемый Барк».

«Трагедия России заключалась в том, что различные круги, искренне убежденные, что они одни – патриоты, одни понимают настоящие национальные цели страны и находятся на правильном пути к достижению процветания России, – с полным недоверием и даже ненавистью относились к инакомыслящим. Нетерпимость к другим вместо содружества во время Великой войны, когда требовалось полное единение для победы над грозным врагом, погубила великую империю», – Петр Барк.

Секрет его непотопляемости заключался и в уважительных отношениях с царем. Многочисленные попытки недоброжелателей добиться его отставки раз за разом разбивались об упорное нежелание Николая II пойти на поводу у камарильи и «сдать» ей компетентного министра. Император был непреклонен. «Если кто-нибудь заговорит со мной на эту тему, я покажу ему на дверь», – и указал на дверь своего кабинета, выходившую в приемную», – вспоминал Барк. Уважение было взаимным. Барк пишет о монархе как о человеке редкой душевной чистоты и обаяния: «…Император Николай II думал, что христианский идеал находится у простых, у крестьян. Недовольство, по его мнению, существовало только в тонкой прослойке интеллигенции. Император поэтому остерегался ее, но любил крестьянина, солдата. Простой верующий, смиренный, он чувствовал влечение к другим простым и смиренным».

«Злой рок как будто тяготел над ним. Ни одно из его деяний, которые он предпринимал добросовестно и с наилучшими намерениями, не помешало его трагическому концу. Размышляя о его жизни, невольно вспоминаешь греческие трагедии, в которых герои, имевшие все добродетели, падают пораженные, преследуемые до конца неумолимой судьбой…», – Петр Барк.

В эмиграции

1 марта 1917 года Барка арестовал его собственный лакей, дезертировавший с фронта. В 1915 году Барк отказался помочь ему уклониться от призыва на фронт. Ордер на арест подписал Керенский, который пояснил, что «Комитет общественного спасения» счёл неудобным идти против волеизъявлений восставшего народа». В тюрьме Петр Львович провел лишь пять дней и был освобожден стараниями Михаила Ивановича Терещенко, министра финансов Временного правительства. После освобождения Пётр Барк вместе с семьёй уехал в Крым.

С 1920 года – они в эмиграции в Англии. Жили в Лондоне, где высшие финансовые круги привлекли Барка к работе в качестве эксперта и советника. Он имел в этом качестве вес и постепенно приобрёл большой авторитет в правительственных кругах, состоял советником управляющего Банком Англии по делам стран Восточной Европы. Занимал руководящие посты в образованных под эгидой Банка Англии Англо-Австрийском, Англо-Чехословацком, Хорватском, Британском и Венгерском банках и в Банке стран Центральной Европы. Представлял директора Банка Англии в американском National City Bank.

В 1929 году награждён английским орденом, примерным образом вёл финансовые и имущественные дела эмигрировавших членов российского императорского дома, за что и был возведён в рыцарское достоинство королём Англии Георгом V. В 1935 году сэр Пётр Барк принял английское подданство и получил титул баронета.

Эта карьера в эмиграции кажется еще одним чудом. Можно предположить, что в основе этого чуда не только природная финансовая сметка и интуиция Петра Львовича, но и его роль в вывозе российского золота в Англию перед мировой войной. Тогда в банки Англии поступило 462 тонны золотого запаса Российской империи. В начале 1917 года в Англию было переправлено и 5,5 тонн личного золота Николая II.

Пётр Людвигович Барк скончался 16 января 1937 года  в собственном имении около Марселя. Похоронен на русском кладбище в Ницце.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here