Внук звездочета. Очерк об экономисте Петре Струве

0

150 лет назад, 7 февраля (по новому стилю) 1870 года родился Петр Бернгардович Струве, выдающийся русский экономист, публицист, общественный и политический деятель и, конечно же, член Императорского Вольного экономического общества с 1895 года. Петр Струве относится к числу непонятых пророков, он последовательно вступал в теоретическую борьбу с двумя главными российскими экономическими химерами своего времени: народничеством и социализмом.  Оба раза был предан анафеме, и оба раза оказывался исторически прав.

Пермская юность

Петр Струве родился в  Перми, в семье пермского губернатора Бернгарда Струве. Был у него и знаменитый дедушка – Василий Яковлевич (Фридрих Георг Вильгельм) Струве. Выдающийся немецкий, а затем российский астроном, один из основоположников звёздной астрономии, член Петербургской академии наук, первый директор Пулковской обсерватории, член-учредитель Русского географического общества. Дети Василия Яковлевича и его внуки тоже пошли по астрономической и научной стезе. Лишь батюшка нашего героя, Бернгард Васильевич, стал государственным деятелем: был губернатором Астрахани и Перми и с ранних лет воспитывал мальчика Петю в атмосфере высокой культуры и интеллектуального развития. В 1882 году Бернгард Струве вышел в отставку и переехал в Петербург, а Петя пошел учиться в 3-ю столичную гимназию.

В 1889 году Петр покинул родительский дом и поселился в семье книгоиздателя Александры Калмыковой. «Выдающаяся по уму и энергии женщина, принадлежавшая к довольно высокому кругу», — характеризовала её Анна Елизарова-Ульянова, старшая сестра Ленина. В воспоминаниях Анны Ильиничны нашлось место и молодому Струве: «Он вырос в семье Калмыковой, — был в гимназические годы её воспитанником и, как она говорила, был ближе ей, чем её собственный сын, пошедшей по другому пути». По какому пути пойдет Струве было предопределено кругом знакомств Калмыковой: в ее доме встречались и народники, и социалисты, и легальные марксисты. Всем она помогала в издании и распространении их книг, всем давала денег, улаживала проблемы благодаря знакомствам в высших кругах.

Струве — марксист

В 1890 году студент юридического факультета университета Струве увлёкся марксизмом и основал марксистский кружок. В этот кружок входили в том числе Александр Николаевич Потресов и Михаил Иванович Туган-Барановский. Все эти имена хорошо известны любому советскому человеку, осилившему обязательный курс «История КПСС».

Статьи Ленина, которые приходилось нам всем тогда конспектировать, изобиловали ссылками на этих товарищей. Ленин то разделял их учение, то проклинал, как ренегатов.  Что думали эти товарищи о Ленине, нам тогда не дано было узнать. Книга Струве «Мои встречи и столкновения с Лениным» не выдавалась даже из спецхрана относительно демократичного ИНИОНа. Сегодня эта книга в свободном доступе в сети Интернет.

В августе 1894 года Струве опубликовал книгу «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России», которая открыла эпоху борьбы русского марксизма с народничеством в легальной печати и стала «символом веры» социал-демократов в России. Книга, выдвинувшая Струве в ведущие теоретики марксизма, доказывала прогрессивность капитализма и завершалась словами: «Признаем нашу некультурность и пойдем на выучку к капитализму».

С кем спорил Струве

Наивно представлять себе народников, как неопрятных разночинцев, с бомбой за пазухой студенческой шинели. Над экономической теорией народничества работали талантливые экономисты, например Николай Францевич Даниельсон и Василий Павлович Воронцов. Их идеи о необходимости для России «иных путей развития промышленного прогресса», помимо  капитализма, удивительным образом приобретает сегодня актуальное звучание.

Даниэльсон, анализируя экономическое развитие России после реформы 1861 г., указал на противоборство двух форм хозяйства: капиталистической и общинной. Средствами в этой борьбе стали кредитная система, железнодорожное строительство и внешняя торговля. Сравнивая положение дел в экономике западных держав и нашей страны, Даниэльсон подчеркивал, что на Западе строительство железных дорог и учреждение акционерных банков стали, с одной стороны, логическим следствием высокого уровня развития товарного производства, а с другой — своим появлением и деятельностью стимулировали его дальнейшее развитие.

В России ситуация складывалась иначе: товарное производство не достигло западного уровня, основа экономики — сельское хозяйство — находилось на крайне низком уровне развития. В этих условиях власти создавали банки и строили железные дороги, наращивали экспорт зерна по заниженным цепам, а это все более ухудшало положение аграрного сектора. Крестьянство, при всей его бедности, являлось основным предъявителем спроса на внутреннем рынке, следовательно, снижение его платежеспособности сокращало внутренний рынок.

Таким образом, делался вывод о невозможности развития капитализма при отсутствии внешних рынков. Выходом для России экономисты-народники считали «иные пути промышленного прогресса». В неотделенности ремесла от сельского хозяйства и в распространенности кустарных промыслов ученые усматривали предпосылки развития так называемого «народного производства». Содействовать этому процессу должны были интеллигенция и государство; их роль состояла в создании систем мелкого кредитования крестьян и сбыта их продукции, внедрении передовых достижений науки и техники в мелкое производство, что помогло бы ему выжить в борьбе с крупным производством. Результатом такой политики будет вытеснение капитала семейными мастерскими и артелями, утверждение форм организации промышленности, в которых работники будут и хозяевами предприятий.

Василий Воронцов указывал на то обстоятельство, что российское правительство искусственно насаждает крупное промышленное производство, предоставляя предпринимателям субсидии и гарантии сбыта их продукции. Однако капитализм в России не имеет экономических перспектив. Ученый связывал это со своеобразием внутренних и внешних условий экономического развития страны, среди которых выделял: суровые природно-климатические условия, огромные расстояния и бездорожье, столкновение пытающейся выйти на мировые рынки России с конкуренцией захвативших их более развитых стран. Не имеющая выхода на внешние рынки, отечественная крупная промышленность продолжала наращивать производство. Внутренний рынок не мог поглотить ее продукцию, причиной чего была бедность и, как следствие, низкая покупательная способность основной массы населения. Ситуация усугублялась по мере становления крупной промышленности: мелкие производители разорялись, рабочая сила вытеснялась машинами. Рассмотрев сложившееся положение вещей, Воронцов пришел к неутешительному выводу: «Капиталистическая организация, попытавшись утвердиться в России, вступила в своего рода заколдованный круг: для ее процветания необходимо богатое население, но каждый ее шаг на пути развития сопровождается обеднением последнего…»

Аргументы Струве

Споря с народниками, Петр Струве доказывал, что Россия не лишена доступа на внешние рынки, рассматривая как перспективное направление Балканы и Переднюю Азию. Что касается внутреннего рынка, то он громаден. Надо лишь строить железные дороги, которые вовлекут в хозяйственный оборот отдаленные и отсталые местности, помогут развитию обрабатывающей промышленности. Струве отмечал, что так развивалась промышленность США. Тот же путь является оптимальным для России, хотя у нас (из- за экономической и культурной отсталости) процесс пойдет медленно и болезненно. Еще один вопрос, в решении которого Струве расходился с народниками, — оценка процесса расслоения в крестьянской среде.

В отличие от народников он считал положительным появление в деревне, с одной стороны, владельцев капитала, а с другой — полусамостоятельных сельскохозяйственных рабочих и батраков. В аграрной сфере, также как и в промышленной, Струве видел достойный подражания пример в американском опыте с его фермерством. Экономическая политика государства, по мнению ученого, должна способствовать появлению крепкого, приспособленного к условиям товарного производства крестьянина. Если удастся решить эту задачу, то будет обеспечен спрос на продукцию отечественной промышленности. Итак, капитализм, по мнению Струве, был не просто возможен в России, но и благоприятен для нее. Струве отмечал, что со временем экономическое неравенство в рамках этой системы будет сглаживаться, поскольку для развития крупного производства необходимо увеличение потребления со стороны широких слоев населения.

В 1896 году Струве — участник Лондонского конгресса II-го Интернационала. Написал аграрную часть доклада российской делегации, с которым выступил Плеханов. Редактор первых марксистских журналов «Новое слово» (1897 г.) и «Начало» (1899 г.). В числе книг по теории и истории капитализма и рабочего движения в 1898 годупод его редакцией вышел I-й том «Капитала» К. Маркса. Для I съезда РСДРП в 1898 году написал «Манифест Российской социал-демократической рабочей партии» — первый документ этой партии. В 1899 годув напечатанной в Германии на немецком языке работе «Марксова теория социального развития» подверг критике взгляды Маркса на неизбежность социальной революции.

С этой точки взгляды на социализм легальных и революционных марксистов резко расходятся. Струве становиться одним из самых значительных критиков учения Маркса и порожденного им социализма. Социализм, по его мнению, это доведенный до конца принцип государственного вмешательства, но социализм требует равенства людей, то есть проведения эгалитарного принципа. Между тем «оба эти начала в своем полном… осуществлении противоречат человеческой природе и оба они, что, быть может, еще более несомненно и еще важнее, противоречат друг другу». Струве подчеркивал, что на основе равенства людей невозможно организовывать производство; русская революция имеет всемирно историческое значение именно потому, что является практическим опровержением социализма «в его подлинном смысле учения об организации производства на основе равенства людей». Ученый писал, что эгалитарный социализм «есть отрицание двух основных задач, на которых зиждется всякое развивающееся общество: идеи ответственности лица за свое поведение вообще экономическое поведение, в частности и идеи расценки людей по их личной годности, в частности».

В противоречии декларируемых марксизмом принципов и в их несовместимости с нормальной хозяйственной жизнью Струве видел «живую трагедию социализма». Ученый указывал, что выдвигающая взаимоисключающие идеи и принципы организации нового строя марксистская доктрина порочна, ее практическая реализация не даст положительных результатов.

Революция 1905 года позволила Струве вернуться в Россию. С образованием в октябре 1905 г. Конституционно-демократической партии Струве стал членом её ЦК и вскоре был избран депутатом 2-й Государственной Думы. В 1906-17 гг. Струве преподавал политэкономию в Петербургском политехническом институте. После опубликования труда по экономике «Хозяйство и цена» (1916 г.) ему были присвоены степень доктора и звание профессора. С 1917 он являлся академиком в области политэкономии и статистики  (В 1928 вместе с другими учеными-эмигрантами он был исключён из Академии Наук). Основной экономический труд П. Б. Струве – «Хозяйство и цена» является итогом, логическим завершением научной работы этого русского экономиста и мыслителя. Главное достоинство книги Струве — самостоятельность мысли этого русского ученого, изложившего свое видение теории хозяйства, независимое от каких-либо «столпов» или авторитетов. К сожалению, именно этой самостоятельности часто не хватает русским экономистам в наше время.

После Февральской революции 1917 г., которую он называл «величайшим мировым событием», Струве входил в состав Временного Совета Российской Республики и от группы гражданских общественных деятелей — в комиссию по иностранным делам.

Октябрьский переворот категорически не принял, а в годы Гражданской войны активно участвовал в «белом движении», являлся членом «Особого совещания» при генерале  Деникине и правительства генерала Врангеля. После поражений «белого движения», Струве эмигрировал сначала в Лондон, а затем в Париж, где адмирал Колчак назначил его членом Парижского совещания. В эмиграции Струве продолжал активную издательскую и исследовательскую работу.

Одно воспоминание

Василий  Шульгин вспоминал об одной лекции Струве для членов народно-трудового союза (НТС). Струве заявил, что у него была единственная причина для критики Николая II — что тот был излишне мягок с революционерами, которых, по словам Струве, нужно было «безжалостно уничтожать». Шульгин в шутку спросил, уж не считает ли Струве, что и он сам должен был быть уничтожен. Струве, чрезвычайно разволновавшись, воскликнул:

— Да!

И, встав со своего места, зашагал по зале, тряся седой бородой.

— Да, и меня первого! Именно так! Как только какой-нибудь революционер поднимал голову свою — бац! — прикладом по черепу!

В 1941 году был арестован во Франции немецкими оккупантами как «друг Ленина». Освобождён после трёхмесячного заключения. Смерть настигла его в Париже зимой 1944 года. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Чем для нас важны работы Струве сегодня

По мнению Струве, либеральная модернизация России немыслима без здорового консерватизма. Она должна проводиться эволюционно, не порывать с исторической преемственностью, вне которой, по словам Струве, невозможно никакое историческое творчество. Модернизация не тождественна вестернизации: для успеха необходимо сочетать национальную самобытность с западным опытом (так, как это произошло в Японии и новых индустриальных странах Юго-Восточной Азии).

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here