Александр Шохин: «В нацпроектах отсутствуют стимулы для частных инвестиций»

1

Александр Шохин,
президент Общероссийской общественной организации «Российский союз промышленников и предпринимателей», член Президиума ВЭО России, д.э.н., профессор

Год назад в майском указе президента России были зафиксированы национальные цели развития в экономической и социальной сфере. Если эти цели будут реализованы, а вернее сказать, не «если», а «когда» (потому что президент, как показало заседание Совета по стратегическому развитию и национальным проектам, настроен достаточно решительно на то, чтобы не «если», а «когда» преобладало здесь), то, безусловно, наша экономика будет более инновационной, конкурентоспособной, основанной на цифровых технологиях, мы обойдём Германию, станем пятой экономикой мира, качество жизни граждан улучшится и так далее.

В соответствии с майским указом национальные проекты, которые должны были бы стать базой для достижения национальных целей, на наш взгляд, пока ещё не в полном объёме выполняют эту функцию. С одной стороны, нацпроекты стали основой для бюджетного процесса и принятия целого ряда стратегических решений, но, с другой стороны, налицо низкая координация национальных проектов, недостаточно эффективное взаимодействие органов власти всех уровней при реализации нацпроектов, что ставит под угрозу выполнение в указанные жёсткие сроки национальных целей развития. Ряд этих вопросов, как я уже сказал, обсуждался на Совете по стратегическому развитию, были высказаны довольно жёсткие оценки – со стороны президента, прежде всего, – и, безусловно, это даёт нам возможность активизировать дискуссию по тому, как лучше достигать этих целей.

Одно из узких мест – это отсутствие адекватных стимулов для частных инвестиций, хотя в соответствии с нацпроектами почти треть из совокупного финансирования в 25 триллионов средств 7,5 приходится на внебюджетные источники, и понятно, что это средства частных инвесторов, и российских инвесторов в первую очередь. Поэтому требуется ускорить принятие ряда законов, стимулирующих инвестиционную активность.

Есть законопроект – «О защите и поощрении капитальных вложений в развитие инвестиционной деятельности в Российской Федерации», который мы (я имею в виду бизнес-сообщество) с осени прошлого года, с сентября, обсуждаем с Правительством. Уже подготовлена, по-моему, дюжина вариантов, но, к сожалению, споры между ключевыми ведомствами – Минфином, Минэком, Минпромом – пока ещё не завершились, и законопроект уже, по-моему, несколько раз снимался с рассмотрения Комиссии по законопроектной деятельности Правительства и не выносится на заседание Правительства.

А в этом законе, на наш взгляд, продвинута очень серьёзная новелла – это универсальная стабилизационная оговорка. Она предусматривает сохранение условий ведения бизнеса на период реализации инвестпроектов, а также вводит правило отсрочки введения норм, которые ухудшают условия ведения бизнеса, как минимум, на два года. А сейчас у нас можно получить эти изменения, что называется, на завтрашний день.

Несмотря на фиксируемые и российским бизнесом, и международными экспертами улучшения по ряду компонентов делового климата – ну, в частности, речь идёт о подключении к электросетям, получении разрешений на строительство и ряд других, – перечень главных ограничителей для развития бизнеса остаётся на протяжении многих лет неизменным.

Бизнес озабочен нехваткой кадров, избыточным давлением в рамках контрольно-надзорной деятельности, ростом расходов как в части цен и тарифов, так и фискальной нагрузки на компании. При этом, конечно, мы имеем основания для фиксации положительных изменений, – ну, в частности, в прошлом году впервые удалось за многие годы все ключевые законопроекты, меняющие фискальную или административную нагрузку на бизнес в налоговой сфере, принять в рамках весенней сессии – за полгода до начала финансового года. Конечно, в рамках этого позитива мы получили 2%-ный рост НДС, но тем не менее мы давно настаивали на том, чтобы не к 1 декабря принимались законы, которые вступают в силу с января следующего года в фискально-бюджетной области, а как минимум в рамках весенней сессии.

Среди позитивов следует отметить выведение из-под налога на имущество движимого имущества: как класс «дви́жка» выведена из-под нового налогообложения. Но в то же время мы, добившись этого результата, перешли к дискуссии в рамках понятийного аппарата Гражданского кодекса, что такое движимое, а что такое недвижимое имущество: здесь у нас расхождение с субъектами Федерации, которые в понятие «недвижимое имущество» готовы вписывать большие категории машин и оборудования, а если так случится, то налог на модернизацию сохранится, поскольку часть машин и оборудования будет рассматриваться как недвижимое имущество с соответствующим налогообложением. А для компаний очень важно, чтобы здесь была определённость, и чтобы были стимулы для технологического обновления.

Кроме повышения предсказуемости и понятности, прозрачности в части движимого имущества мы сталкиваемся часто с тем, что новые правила администрирования – налогового администрирования, в частности, – начинают задним числом применяться.

Неналоговые платежи и неопределённость с ними – это тоже проблема для бизнеса. Мы несколько лет ведём дискуссию с Правительством по поводу законодательного урегулирования всех процедур введения неналоговых платежей, установления ставок, но, как говорится, за что боролись, на то и напоролись: сейчас Правительство и Государственная дума предлагают часть неналоговых платежей перенести в Налоговый кодекс – в частности, экологический сбор, утилизационный сбор, плату за негативное воздействие на окружающую среду, плату за пользование автомобильными дорогами, право за пользование частотами, курортный сбор и так далее. И как только они попадают в Налоговый кодекс как налоги, то, естественно, на бизнес распространяется и уголовная ответственность, и целый ряд других жёстких мер администрирования.

Мы-то ставили вопрос о том, чтобы процедуры были жёсткими, установленными в законе, и администрирование было прозрачным, в то же время целый ряд неналоговых платежей может быть переведён спокойно в Налоговый кодекс в раздел «Государственные пошлины». Дискуссию эту мы продолжаем, и очень важно, чтобы у нас контуры налоговой фискальной политики в целом определялись не только по циклам политическим. У нас же мораторий объявлялся на неповышение фискальной нагрузки до 2018 года, сейчас, после повышения в том числе НДС, опять мораторий предлагается до 2024 года. Но, как я уже говорил, для принятия инвестиционных долгосрочных решений нужна определённость, рассчитанная на больший срок – и на 12, и на 18 лет.

На Международном юридическом форуме в Санкт-Петербурге как минимум две сессии были посвящены надзорно-контрольной деятельности. И какие темы мы обсудили там?

Это сокращение количества неактуальных и избыточных обязательных требований, и, прежде всего, через механизм так называемой регуляторной гильотины.

Обеспечение гибкости системы и механизма оперативного реагирования при изменении требований к бизнесу в соответствии с развитием технологий, цифровых прежде всего.

Цифровизация сфер надзора (контроля), и дистанционные механизмы надзора, исключающие прямой контакт «надзирателя» (в кавычках) и «надзираемого», – это тоже один из факторов и раскрепощения бизнеса, и сокращения коррупции.

Ликвидация дублирования функций контрольно-надзорных органов, когда по одним и тем же вопросам несколько федеральных и региональных надзоров проверяют бизнес.

Ориентация надзорно-контрольных органов на профилактику и предупреждение нарушений, а не на количество проверок, штрафов и так далее.

Есть ещё важная тема – это нормализация отношений бизнеса с силовыми, правоохранительными структурами.

Из выступления на Московском академическом экономическом форуме, организованном ВЭО России и РАН.

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Имидж бизнеса и имидж левых партий? В Законодательном собрании нет паритета в представительстве социальной и буржуазной идеологий, нет исполнения ст. 13 Конституции. Правит либеральная идеология с толерантностью — демонстрацией зла, насилия и беззакония. Нацпроекты основаны на математике, вспомните оптимизацию планирования, контрольные точки. Правительство профнепригодно, а сколько преступление по его инициативе совершается?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here