Как сделать Север России «зеленым»

0

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Image by Florence D. from Pixabay 

Василий Богоявленский,
Заместитель директора Института проблем нефти и газа РАН, член-корреспондент РАН, член Правления ВЭО России, д.т.н., профессор

Основы госполитики России в Арктике базируются на нескольких стратегически важных документах. Это и Стратегия экологической безопасности, утверждённая в 2017 году, и последние два документа, которые были утверждены в этом году (Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2035 года, Стратегия Арктической зоны РФ и обеспечение национальной безопасности на период до 2035 года). Хочу сказать, что очень отрадно, что руководство страны, в том числе в лице Министерства по делам развития Дальнего Востока и Арктики, в очень тесном контакте и с научной общественностью, и с Советом Федерации, с Госдумой готовило этот документ. Любой документ, конечно, всегда имеет какие-то изъяны. Но, вместе с тем, в этих документах учтены знания, которые накоплены многими десятилетиями работы в Арктике — они обобщены и представлены в виде ряда направлений.

То есть, появляется понимание (я надеюсь, что глубокое понимание) угроз природно-техногенного характера. Из понимания этих процессов рождаются цели и задачи, поставленные руководством страны: ускорение экономического развития Арктики, охрана окружающей среды, обеспечение безопасности, защита от чрезвычайных событий природного и техногенного характера. Следующая цель — обеспечение рационального природопользования. А вот что понимается под рациональным природопользованием? Побольше добыть углеводородов, угля, других полезных ископаемых – и нанести минимальный вред экосистеме, которая в Арктике особо ранима.

У нас большая зависимость от нефти и газа. Главным образом, конечно, от нефти. От угля – в меньшей степени. До 70% валютных поступлений — именно от углеводородов. Газ более-менее стабильно себя вёл, в частности, потому что в большей степени шёл на внутреннее потребление и продолжает идти на внутреннее потребление. Добыча нефти в начале 90-х упала почти вдвое. Затем ситуация всё-таки выправилась. Установлены очередные новые рекорды, добыча углеводородов в Арктике стремительно растет и мы ожидаем, что будет продолжать расти.

Газ российской Арктики в отдельные годы (1994, 1995) давал 90% объемов добычи. Сейчас это несколько ниже (около 80%). И, тем не менее, почти все эти годы, за исключением нескольких лет, Арктика давала свыше 50% добычи углеводородов всей страны. Это очень большая доля, тем более что она растёт. И 2020 год ознаменовался тем, что прошло ровно 50 лет с начала добычи нефти и газа в Арктике.

В последние годы отмечены очередные рекорды по объёмам добычи в Арктике. В основном преимущественно газ – 79%, а нефть составляет по последнему году 21%. Добыто, включая 2019 год, свыше 22 миллиардов тонн нефтяного эквивалента. Это огромная цифра. Но хочу отметить, что это главным образом месторождения, открытые во времена СССР.

Арктический регион богат всей таблицей Менделеева: и никель, и медь, и платина, и кобальт, и алмазы. Но вернемся к нефти и газу. Успешно развиваются наши уникальные проекты. Это и Приразломное. Аналогов у этого проекта нет. И благодаря двум месторождениям (Юрхаровское и Приразломное), Россия является лидером добычи углеводородов из субаквальных залежей Арктики, то есть залежей, расположенных ниже дна акватории открытого моря и Обской губы.

Очень большое количество лицензий была выдано. Они не имеют просто аналогов в мире по площади. Нигде никто никогда не раздавал так щедро свои недра, причём, можно сказать, в одни или в две руки. В две руки – я имею в виду «Газпром» и «Роснефть». Ну и результат – несмотря на то, что геологические и сейсмические исследования выполнены и даже перевыполнены, но план по бурению полностью сорван, и многие проекты, можно сказать, заморожены.

Вместе с тем, в последние годы наблюдается рост добычи нефти на акваториях, главным образом – Арктики и Охотского моря. Мы давно прогнозировали, что, к сожалению, акватории Арктики в ближнесрочной перспективе не смогут нам помочь в плане жидких углеводородов, и где-то в 2035 году в лучшем случае их доля составит 2,3%. Это очень мало. Значит, надо сосредоточить свое внимание на суше. И здесь развиваются очень активно арктические проекты, в том числе Бованенковское, Новый Порт, «Ямал СПГ». И вот сейчас активно развивается также «Арктик СПГ-2». Это совершенно уникальные проекты. Отмечу, что всё оборудование здесь из-за рубежа и 15 газовозов построены в Южной Корее, то есть локализация очень небольшая. Хотя по следующему проекту локализация лучше: 15 газовозов заказаны уже на верфи «Звезда» и шесть газовозов – в Южной Корее. Ну а сами заводы будут строиться на верфи в Кольском заливе.

Есть большие проблемы планетарного масштаба в области нефти и газа. Это утечки углеводородов по заколонному пространству, из-за чего периодически происходят аварии и катастрофы. В Арктике это ещё более обострено, поскольку мерзлота вносит свой дополнительный негативный, мешающий фактор. Мы работаем над этой проблемой. Это проблема возникновения природно-техногенных залежей, которые угрожают экосистемам. И в 1980 году произошла одна из многочисленных, но это самая, наверное, крупная катастрофа в Арктике, которая длилась около семи лет (катастрофа на Кумжинском месторождении). Здесь применялся ядерный взрыв для гашения, но, к сожалению, взорвали не там, где нужно, получилось ещё хуже – и получили огромную катастрофу. Хочу сказать, что формально эмиссия остановлена, но через космос мы видим: эмиссия углеводородов продолжается и в настоящее время, то есть уже почти 40 лет.

Отмечу, что такие события были не только у нас. Катастрофа на островах Канадского Арктического Архипелага. Такие же были колоссальные выбросы и катастрофы, где, горела не только скважина, но и на удалении до 100-150 метров были грифоны, и тоже было потрачено много сил, средств и времени на гашение таких событий.

К сожалению, в Арктике накопленный экологический ущерб колоссален. Многие промыслы (на полуострове Ямал) были просто в 1990-1991 годах остановлены и всё оборудование брошено, скважины не законсервированы.

Очень много разливов нефти. Вся Западная Сибирь в разливах, Тимано-Печора в разливах, юг России в разливах, Крым в разливах. Оценки разливов не раз звучали. Цифры ранее секретные, но сейчас они циркулируют. Я позволю себе озвучить. Это десятки тысяч разрывов и разливов ежегодно. Количество уменьшается, надо сказать. Вот в 2014 году было 11, сейчас меньше 10 тысяч, но они продолжаются. В этом году я выезжал на очередной разлив на Тимано-Печоре, и, к счастью, это был относительно небольшой разлив.

Такие события способны потрясти экономику не только компании, которая устроила такую катастрофу, но даже и государств, ведущих нефтегазодобычу. Финансовые потери компании BP в середине 2018 года достигли, даже превысили 65 миллиардов долларов. Ряд американских экспертов оценивают потери в 142 миллиарда долларов, то есть 65 миллиардов – это не последняя цифра. А теперь посмотрим, какова капитализация наших крупнейших компаний. Первая – это «Роснефть» (63 миллиарда долларов) и это меньше чем 65 миллиардов. То есть ошибка с одной скважиной может полностью обанкротить такую компанию, как «Роснефть» и «Газпром». А это компании дающие основной доход России, валютные поступления, и они очень сильно влияют на экономику.

«Норильский Никель». В этом году произошел разлив дизельного топлива, около 20 тысяч. Это один из крупнейших разливов в истории России. Сразу хочу сказать, что впервые Росприроднадзор насчитал ущерб в 148 миллиардов рублей. Это примерно 2 миллиарда долларов. Много это или мало? В российской практике – беспрецедентно много, но эта цена пропорциональна разливу, соизмерима с предыдущим, в Мексиканском заливе. Поэтому, можно сказать, здесь применена уже мировая практика оценки. И если у нас будут всегда такие крупные штрафы, компании будут серьезно задумываться о том, чтобы вовремя ремонтировать свою инфраструктуру и заменять ржавые трубопроводы и резервуары, хранилища газа.

И вот теперь позвольте мне пойти немножко в историю. 1993 год. Крупнейшие разливы начались в Тимано-Печоре. Были ошибки со строительством трубопровода, не применялись ингибиторы, не применялась катодная защита от ржавчины, и трубопровод деградировала очень сильно, и пошли массовые разливы. И вот эти разливы начались ещё раньше, в 1988 году. Было установлено, что в 1994 году произойдёт крупнейшее разрушение этого трубопровода – и, тем не менее, он не был остановлен, продолжали эксплуатировать. Это компания «Коми нефть». И вот произошло событие 1994 года. Компания была оштрафована, но в пересчёте это всего 20 миллионов долларов. Это смешные деньги при таком ущербе. Был взят кредит свыше 100 миллионов у Международного банка. Компания обанкротилась, её подхватила вместе с обязательствами компания «ЛУКОЙЛ» и больше десяти лет потратила огромные средства на ликвидацию этих разливов. То есть компания «ЛУКОЙЛ» выполнила очень благородную миссию в данном случае.

Не нарушая традицию, обращаю ваше внимание на событие, которое произошло в этом году. Это очередной гигантский кратер в центральной части Ямала очень близко к нефтегазовому промыслу. Гигантский кратер. Несмотря на проблемы, которые сейчас известны (коронавирус, пандемия и так далее), мы провели исследование и получили очень важную информацию. Мы сейчас тесно сотрудничаем с компаниями, с «Газпромом» и «Новатэком». Они нам помогают в экспедиционных работах. То есть наступает прозрение и понимание, и наши компании пошли по пути цивилизованному, по пути рационального природопользования в Арктике.

Василий Богоявленский,

Заместитель директора Института проблем нефти и газа РАН, член-корреспондент РАН, член Правления ВЭО России, д.т.н., профессор

Основы госполитики России в Арктике базируются на нескольких стратегически важных документах. Это и Стратегия экологической безопасности, утверждённая в 2017 году, и последние два документа, которые были утверждены в этом году (Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2035 года, Стратегия Арктической зоны РФ и обеспечение национальной безопасности на период до 2035 года). Хочу сказать, что очень отрадно, что руководство страны, в том числе в лице Министерства по делам развития Дальнего Востока и Арктики, в очень тесном контакте и с научной общественностью, и с Советом Федерации, с Госдумой готовило этот документ. Любой документ, конечно, всегда имеет какие-то изъяны. Но, вместе с тем, в этих документах учтены знания, которые накоплены многими десятилетиями работы в Арктике — они обобщены и представлены в виде ряда направлений.

То есть, появляется понимание (я надеюсь, что глубокое понимание) угроз природно-техногенного характера. Из понимания этих процессов рождаются цели и задачи, поставленные руководством страны: ускорение экономического развития Арктики, охрана окружающей среды, обеспечение безопасности, защита от чрезвычайных событий природного и техногенного характера. Следующая цель — обеспечение рационального природопользования. А вот что понимается под рациональным природопользованием? Побольше добыть углеводородов, угля, других полезных ископаемых – и нанести минимальный вред экосистеме, которая в Арктике особо ранима.

У нас большая зависимость от нефти и газа. Главным образом, конечно, от нефти. От угля – в меньшей степени. До 70% валютных поступлений — именно от углеводородов. Газ более-менее стабильно себя вёл, в частности, потому что в большей степени шёл на внутреннее потребление и продолжает идти на внутреннее потребление. Добыча нефти в начале 90-х упала почти вдвое. Затем ситуация всё-таки выправилась. Установлены очередные новые рекорды, добыча углеводородов в Арктике стремительно растет и мы ожидаем, что будет продолжать расти.

Газ российской Арктики в отдельные годы (1994, 1995) давал 90% объемов добычи. Сейчас это несколько ниже (около 80%). И, тем не менее, почти все эти годы, за исключением нескольких лет, Арктика давала свыше 50% добычи углеводородов всей страны. Это очень большая доля, тем более что она растёт. И 2020 год ознаменовался тем, что прошло ровно 50 лет с начала добычи нефти и газа в Арктике.

В последние годы отмечены очередные рекорды по объёмам добычи в Арктике. В основном преимущественно газ – 79%, а нефть составляет по последнему году 21%. Добыто, включая 2019 год, свыше 22 миллиардов тонн нефтяного эквивалента. Это огромная цифра. Но хочу отметить, что это главным образом месторождения, открытые во времена СССР.

Арктический регион богат всей таблицей Менделеева: и никель, и медь, и платина, и кобальт, и алмазы. Но вернемся к нефти и газу. Успешно развиваются наши уникальные проекты. Это и Приразломное. Аналогов у этого проекта нет. И благодаря двум месторождениям (Юрхаровское и Приразломное), Россия является лидером добычи углеводородов из субаквальных залежей Арктики, то есть залежей, расположенных ниже дна акватории открытого моря и Обской губы.

Очень большое количество лицензий была выдано. Они не имеют просто аналогов в мире по площади. Нигде никто никогда не раздавал так щедро свои недра, причём, можно сказать, в одни или в две руки. В две руки – я имею в виду «Газпром» и «Роснефть». Ну и результат – несмотря на то, что геологические и сейсмические исследования выполнены и даже перевыполнены, но план по бурению полностью сорван, и многие проекты, можно сказать, заморожены.

Вместе с тем, в последние годы наблюдается рост добычи нефти на акваториях, главным образом – Арктики и Охотского моря. Мы давно прогнозировали, что, к сожалению, акватории Арктики в ближнесрочной перспективе не смогут нам помочь в плане жидких углеводородов, и где-то в 2035 году в лучшем случае их доля составит 2,3%. Это очень мало. Значит, надо сосредоточить свое внимание на суше. И здесь развиваются очень активно арктические проекты, в том числе Бованенковское, Новый Порт, «Ямал СПГ». И вот сейчас активно развивается также «Арктик СПГ-2». Это совершенно уникальные проекты. Отмечу, что всё оборудование здесь из-за рубежа и 15 газовозов построены в Южной Корее, то есть локализация очень небольшая. Хотя по следующему проекту локализация лучше: 15 газовозов заказаны уже на верфи «Звезда» и шесть газовозов – в Южной Корее. Ну а сами заводы будут строиться на верфи в Кольском заливе.

Есть большие проблемы планетарного масштаба в области нефти и газа. Это утечки углеводородов по заколонному пространству, из-за чего периодически происходят аварии и катастрофы. В Арктике это ещё более обострено, поскольку мерзлота вносит свой дополнительный негативный, мешающий фактор. Мы работаем над этой проблемой. Это проблема возникновения природно-техногенных залежей, которые угрожают экосистемам. И в 1980 году произошла одна из многочисленных, но это самая, наверное, крупная катастрофа в Арктике, которая длилась около семи лет (катастрофа на Кумжинском месторождении). Здесь применялся ядерный взрыв для гашения, но, к сожалению, взорвали не там, где нужно, получилось ещё хуже – и получили огромную катастрофу. Хочу сказать, что формально эмиссия остановлена, но через космос мы видим: эмиссия углеводородов продолжается и в настоящее время, то есть уже почти 40 лет.

Отмечу, что такие события были не только у нас. Катастрофа на островах Канадского Арктического Архипелага. Такие же были колоссальные выбросы и катастрофы, где, горела не только скважина, но и на удалении до 100-150 метров были грифоны, и тоже было потрачено много сил, средств и времени на гашение таких событий.

К сожалению, в Арктике накопленный экологический ущерб колоссален. Многие промыслы (на полуострове Ямал) были просто в 1990-1991 годах остановлены и всё оборудование брошено, скважины не законсервированы.

Очень много разливов нефти. Вся Западная Сибирь в разливах, Тимано-Печора в разливах, юг России в разливах, Крым в разливах. Оценки разливов не раз звучали. Цифры ранее секретные, но сейчас они циркулируют. Я позволю себе озвучить. Это десятки тысяч разрывов и разливов ежегодно. Количество уменьшается, надо сказать. Вот в 2014 году было 11, сейчас меньше 10 тысяч, но они продолжаются. В этом году я выезжал на очередной разлив на Тимано-Печоре, и, к счастью, это был относительно небольшой разлив.

Такие события способны потрясти экономику не только компании, которая устроила такую катастрофу, но даже и государств, ведущих нефтегазодобычу. Финансовые потери компании BP в середине 2018 года достигли, даже превысили 65 миллиардов долларов. Ряд американских экспертов оценивают потери в 142 миллиарда долларов, то есть 65 миллиардов – это не последняя цифра. А теперь посмотрим, какова капитализация наших крупнейших компаний. Первая – это «Роснефть» (63 миллиарда долларов) и это меньше чем 65 миллиардов. То есть ошибка с одной скважиной может полностью обанкротить такую компанию, как «Роснефть» и «Газпром». А это компании дающие основной доход России, валютные поступления, и они очень сильно влияют на экономику.

«Норильский Никель». В этом году произошел разлив дизельного топлива, около 20 тысяч. Это один из крупнейших разливов в истории России. Сразу хочу сказать, что впервые Росприроднадзор насчитал ущерб в 148 миллиардов рублей. Это примерно 2 миллиарда долларов. Много это или мало? В российской практике – беспрецедентно много, но эта цена пропорциональна разливу, соизмерима с предыдущим, в Мексиканском заливе. Поэтому, можно сказать, здесь применена уже мировая практика оценки. И если у нас будут всегда такие крупные штрафы, компании будут серьезно задумываться о том, чтобы вовремя ремонтировать свою инфраструктуру и заменять ржавые трубопроводы и резервуары, хранилища газа.

И вот теперь позвольте мне пойти немножко в историю. 1993 год. Крупнейшие разливы начались в Тимано-Печоре. Были ошибки со строительством трубопровода, не применялись ингибиторы, не применялась катодная защита от ржавчины, и трубопровод деградировала очень сильно, и пошли массовые разливы. И вот эти разливы начались ещё раньше, в 1988 году. Было установлено, что в 1994 году произойдёт крупнейшее разрушение этого трубопровода – и, тем не менее, он не был остановлен, продолжали эксплуатировать. Это компания «Коми нефть». И вот произошло событие 1994 года. Компания была оштрафована, но в пересчёте это всего 20 миллионов долларов. Это смешные деньги при таком ущербе. Был взят кредит свыше 100 миллионов у Международного банка. Компания обанкротилась, её подхватила вместе с обязательствами компания «ЛУКОЙЛ» и больше десяти лет потратила огромные средства на ликвидацию этих разливов. То есть компания «ЛУКОЙЛ» выполнила очень благородную миссию в данном случае.

Не нарушая традицию, обращаю ваше внимание на событие, которое произошло в этом году. Это очередной гигантский кратер в центральной части Ямала очень близко к нефтегазовому промыслу. Гигантский кратер. Несмотря на проблемы, которые сейчас известны (коронавирус, пандемия и так далее), мы провели исследование и получили очень важную информацию. Мы сейчас тесно сотрудничаем с компаниями, с «Газпромом» и «Новатэком». Они нам помогают в экспедиционных работах. То есть наступает прозрение и понимание, и наши компании пошли по пути цивилизованному, по пути рационального природопользования в Арктике.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here