Дальше действовать будет бизнес?

0

Антон Викторович Данилов-Данильян,
сопредседатель «Деловой России», председатель экспертного совета фонда развития промышленности

Когда мы говорим о стратегии развития, надо отвечать на вопрос: а кто движущие силы? Кто будет исполнять эту стратегию?

До последнего времени те программные материалы, которые мы читали, базировались на государственных силах. Планировались средства из федерального бюджета, элементы активной промышленной политики. Но крайне редко спрашивали нас, готовы или нет мы в этом поучаствовать, и как мы смотрим на все эти планы, стратегии и программы. На наш взгляд, сейчас силы государства реализовывать масштабные проекты, уменьшились. Уменьшились из-за новой реальности: низкие цены на нефть, жесткие санкции, пандемия — все это уменьшило доходы, и, скорее всего, у государства просто не будет возможности, по крайней мере, как раньше, реализовывать вот эти масштабные программы.

В результате или надо увеличивать нагрузку на бизнес, но тут мы и так имеем сопоставимые и даже выше, чем в странах СНГ уровни налоговой нагрузки, или на население. Но мощное прогрессивное налогообложение, скорее, приведет к тому, что богатые и даже средние слои населения уведут капиталы за рубеж или в тень. Значит, все-таки нужно как-то по-иному совсем выстраивать работу, в данном случае уже не с государством, а с бизнесом, что вполне естественно для рыночной экономики. Только мы об этом постоянно забываем. Но бизнес — разный, нельзя ориентироваться на весь бизнес. Есть бизнес черный, который в тени сидит, и есть тот, который готов расти, готов обеляться, прозрачно работать. Я утверждаю, что именно этот бизнес должен стать опорой государства в реализации большой стратегической работы на 10 лет вперед по реализации национальной цели.

Но тогда мы должны вопрос задать: что нужно бизнесу, чтобы расти и обеляться? Наш ответ очень простой: убрать старые барьеры. Их много, я их условно сгруппировал в 5 групп, сейчас мы об этом очень коротко поговорим. Эта логика не нова. Наши выводы воспринимались властями даже в тучные годы и, уж тем более, в последние 12 лет, но мало что делалось для того, чтобы это все на практике менять. Стимулы рождались, но барьеры не снимались.

Первое — надо снять все, что мешает нормальной конкуренции. Для этого надо реализовать принцип «третий лишний», то есть приватизировать те государственные и муниципальные предприятия там, где на рынке присутствует уже хотя бы 2-3 частных игрока. Если не полностью приватизировать, то разделить с последующей приватизацией той части, которая присутствовала на этом рынке. Далее потребуется переориентировать деятельность антимонопольных органов исключительно на госсектор. Тем более, что сами антимонопольные органы сейчас говорят, что госсектор — это более 70% российской экономики. Государству надо начинать с себя. Не заниматься генерированием десятков тысяч антимонопольных дел против малого и среднего бизнеса, а работать над тем, чтобы именно госкомпании не осуществляли монополизацию. Очень важно переориентировать деятельность следственных органов, силовых органов, ограничив их права в расследовании коммерческих корпоративных споров и оспаривании результатов контрольных мероприятий. Если суд присудил участнику соответствующего спора некоторый платеж и не увидел каких-то совершенно очевидных попыток к мошенническим действиям, то и не должно быть никакой передачи дел в следственные органы для дальнейшего расследования. От того, что следственные органы слишком много внимания уделяют корпоративным спорам, теряется потенциал этих органов для расследований чисто криминальных историй. Например, звонков по поводу мошеннических сделок с кредитными картами.

Вторая группа препятствий — все, что мешает обелению бизнеса. Нам нужен здесь затратный метод в качестве основного при закупках товаров и услуг на выскоконкурентных рынках, соответствующие директивы заказчикам по 223 закону. Потребуется реально стимулировать тех, кто раскрывает свою структуру себестоимости и раскрывает налоговую тайну. Потребуется проводить процедуры реабилитации рассрочек долгов для тех, кто обелился. Ведь когда обеляются компании, то они раскрывают свою отчетность истинную, и, стало быть, тогда любой контрольный орган может посмотреть, что было за 3 года до обеления и соответствующие штрафы вчинить. Конечно, так никто обеляться не будет.

Третья группа препятствий — все, что мешает расширению спроса. Для этого нужно реализовать эшелонированный комплексный подход к импортозамещению, особенно к так называемому экспортоориентированному импортозамещению. Здесь очень много еще дел надо сделать. Нужно снять ограничения на докапитализацию эффективных институтов развития. Прежде всего, за счет субсидируемых облигационных займов и долгосрочных займов Центрального рынка. Потребуется реализация схем, стимулирующих рост зарплаты сотрудникам коммерческих организаций по примеру той, что была когда-то задействована для единого социального налога — это называлось регрессивная шкала. Чем больше платишь зарплату, тем меньше — в фонды. Очень правильная вещь была.

Четвертая группа барьеров — все, что мешает инновационной деятельности. Здесь потребуется обеспечить автоматическую передачу прав интеллектуальной деятельности, созданной за средства бюджетной системы, авторам. Они должны становится собственниками этих результатов. И надо ускорить внедрение механизмов, которые обеспечивают безналоговую постановку нематериальных активов на баланс. Потребуется внедрить базирующуюся на принципах саморегулирования и независимой экспертизы систему оценки этих результатов интеллектуальной деятельности, когда предоставляются государственные субсидии. Потребуется перенастройка налоговой системы, как у наших государств-конкурентов в целях обеспечения равных условий для инновационной деятельности.

Наконец, пятая группа препятствий — все, что мешает получению доступного дешевого финансирования для развития. Здесь нужно расширить практику массового проектного финансирования. Обратите внимание, что среди государственных институтов у нас почти нет тех, кто занимается проектным финансированием небольших инвестиционных проектов. Надо дать всем государственным институтам развития право на ошибку. Потребуется внедрить эскроу счета для всего госсектора, не только в отрасли строительства, как сейчас по 214 закону, а вообще для всех. Тогда и ставки кредитов для предприятий, которые являются поставщиками государственных заказчиков, резко снизятся. Ну, конечно, нужен специальный механизм «газели и единорогов», которые не получают кредит даже на пополнение оборотных средств тогда, когда у них зашкаливает соотношение долг-ЕБИТДА выше 6-7%. И много-много других барьеров.

Очень важно реализовать подход, который сейчас будет внедрять Байден с экологией. Этот подход означает, что все правительство, все ведомства от Налоговой службы до Министерства культуры, все силовики должны принимать самое активное участие в снятии барьеров, мешающих бизнесу расти и обеляться. Это должен быть один из главных приоритетов их деятельности.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here