К 255-летию Вольного экономического общества России

0

Страницы истории

История Вольного экономического общества, хотя и подробно изучаемая с середины XIX в., все еще хранит много нового для понимания общественного движения и развития науки в России конца XVIII – начала XIX вв. 

ВЭО, первая в России общественная организация, чье учреждение и деятельность были прямо санкционированы монархом, занимала особое место в российской общественной жизни того времени, объединяя функции как общественной организации и, в определенной мере, государственного учреждения. Двойственность природы ВЭО особенно ярко проявилась во второй половине XVIII – начале XIX вв. Это было связано с отсутствием специального законодательства, которое регламентировало бы порядок учреждения и деятельности общественных организаций. Вопросы подобного рода оставались исключительной прерогативой монарха.

В то же время цели и задачи государства и общественности, состоящей преимущественно из просвещенного дворянства, разночинцев и академических ученых, тесно переплетались. Образ будущего, который стремилась воплотить в жизнь интеллектуальная и политическая элита, общественные организации эпохи Просвещения, был неразрывно связан с идеей достижения общего блага, понимаемого преимущественно как прогресс морали и технологии, который отражался в экономической сфере. Ключевое значение имела организация процесса накопления, обработки и распространения полезных знаний, воспитания добрых нравов во всех сферах жизни: на заводах, в домохозяйствах и крестьянских общинах. Так, первый историк ВЭО А.И. Ходнев характеризовал общество как «хозяйственно-политехническое» явление, чья программа «должна была заключать в себе все предметы, относящиеся к сельскому хозяйству, к естественным произведениям вообще… а также вопросы, касающиеся народнаго здравия и вообще народнаго благосостояния».

Риторика экономической пользы была универсальным языком эпохи, принятым во всех государствах европейской культуры того времени – как в Старом, так и Новом Свете. Многие историки науки указывают, что подобный демократизм, когда к процессу сбора, обсуждения и поиска путей применения научного знания легко допускались представители широкой общественности не имел подобия ни в предшествующую эпоху, когда большую роль играли небольшие интеллектуальные организации, ни в последующую, когда академические научные институты замкнули большую часть процесса получения и анализа научных данных на себя. Таким образом, деятельность ВЭО была тесно связана с двумя важными факторами: императорским покровительством и участием общественности.

Начало

Создание Императорского Вольного Экономического Общества во многом было результатом энергичных усилий недавно взошедшей на престол Екатерины II и ее первого фаворита Григория Орлова, который отличался передовыми взглядами, и, судя по свидетельствам современников, в том числе западных, был высоко порядочным человеком. Он близко знал Михаила Ломоносова, даже однажды приводил императрицу к нему в Академию, и именно к Орлову перешел архив великого ученого. Как считает первый летописец ВЭО Ходнев, именно через графа Орлова Ломоносовым была передана идея создания подобного общества, которое бы занималось чисто практическими вопросами развития хозяйства, ведь мыслителю очень не нравились установленные засильем немецких ученых академические порядки, сделавшие ее целиком оторванной от реальности.

Поскольку Орлов тогда вынашивал идею освобождения крестьян, то ИВЭО, кроме прочего, должно было прозондировать общественные настроения, открыть окно овертона для продвижения этой идеи. И это было сделано, другое дело, что из-за внутренних волнений и войн Екатерина отложила начинание.

Именно по заданиям Екатерины — так называемым конкурсным вопросам — были положены основные направления деятельности: от борьбы с голодом до распространения новых сельскохозяйственных культур, от создания косметической отрасли до поиска угля и руд, от пчеловодства до ткачества и индустрии моды. Подробно на деятельности императрицы, в том числе с опорой на Вольное экономическое общество, мы уже писали, а в минувшем году была издана юбилейная книга, посвященная правлению Екатерины Великой, где одна из частей посвящена как раз работе императрицы с ИВЭО. А вот как выстраивались отношения Общества с Павлом I мы знаем меньше, и, на первый взгляд, его деятельность вовсе заглохла, но это не так.

ВЭО при Павле I

Взошедший на трон император не стал подтверждать привилегированный статус Общества новым документом, сходным с тем, который даровала Екатерина II, а затем подтверждали последующие императоры, начиная с Александра I. В определенной мере это осложнило деятельность ВЭО, временно лишив его возможности использовать императорскую символику в дипломах и наградных медалях. Впрочем, уже в 1799 г. это право было возвращено. Утвержденный образец наградной медали – «высочайший его Величества вензель в венце из лавров и олив» на аверсе сменил портретное изображение императрицы, принятый в предыдущее царствование и представляет редчайший образец медалей ВЭО в собрании Эрмитажа.

В остальном же ВЭО продолжало свою работу, его члены все также собирались раз в неделю на заседания. Именно во время правления Павла I увидела свет и одно из наиболее значимых работ общества, во многом увенчавшее 35 лет деятельности организации — «Деревенское зеркало или общенародная книга». «Зеркало» содержало практические советы по земледелию и была адресована не только помещикам, но и крестьянам. В 1799 г. президент ВЭО А.А. Нартов передал Павлу I специальное издание «Деревенского зеркала», переплетенное сафьяном, которой император принял и разместил в Придворной библиотеке, признав тем самым проделанную Обществом работу.

В архивах ВЭО сохранилось упоминание о направленном Павлом I 26 сентября 1797 г. вопросе о якобы проводившемся в ВЭО исследовании о «извлечении масла из лип», что продолжило заложенную Екатериной II традицию направлять в ВЭО запросы практического характера – так императрица в 1790 г. организовала серию публикаций в «Трудах» Общества об изготовлении картофельного мыла.

В правление Павла I ВЭО заняло важное место среди вновь созданных организаций, призванных способствовать экономическому развитию страны. Так, 4 марта 1797 г. была создана Экспедиция государственного хозяйства, опекунства иностранных и сельского домоводства. Взаимодействие с ВЭО основывалось на схожести их интересов, в частности в развитии шелководства – области в которой Россия пыталась установить собственные позиции и ослабить зависимость от экспорта. Спрос на дорогие ткани формировался преимущественно придворным сообществом и привлекал большое внимание у агрономов многих европейских стран, особенно Франции.

ВЭО, объединившее в рядах своих членов, многих энтузиастов развития земледелия, сыграло значимую роль и в начале работы первой в России школы практического земледелия, открытой под Царским Селом для обучения земледелию студентов, семинаристов и казенных крестьян.

Тесные связи установились у ВЭО с вновь возрождённой в 1797 г. Мануфактур-коллегией, которая в свою очередь рассматривала ВЭО как субъект технической экспертизы по ряду интересующих ее вопросов. Так, мануфактур-коллегия обращалась к ВЭО за консультацией по вопросам о «заведении фабрики по деланию ваты», о производстве сукна для армейских мундиров и опять-таки о выращивании шелковичных растений.

ВЭО опиралось и на сеть корреспондентов в европейских странах, представлявших как российское дворянство, так и иностранцев-изобретателей, стремившихся получить денежные награды и престиж за приобщение к деятельности патронируемой императором организации. Архивы Общества рисуют картину живой интеллектуальной жизни, обмена знаниями в Европе конца XVIII в., еще не прерванных наполеоновскими войнами. В последние пять лет XVIII в. ВЭО активно сотрудничало с иностранными учеными организациями, в частности с влиятельным Лондонским земледельческим обществом.

Содержание «Трудов» Общества в правление Павла I отражало разносторонние интересы авторов, каждый из которых стремился представить свой труд просвещенной публике.

Таким образом, краткий период правления Павла I содержит в себе немало ярких страниц российской научной и общественной жизни. ВЭО продолжало играть важную роль в экономической и научной жизни страны. По существу это была последняя веха той старой интеллектуальной и общественной культуры, которая была характерна для науки XVIII в.: активное участие в научной жизни наряду с прославленными учеными просвещенных подданных Российской империи, широкие международные контакты.

Развитие деятельности

В  XIX веке ИВЭО становилось все более самостоятельным и независимым, действуя под покровительством всех императоров со статусом, подтверждаемым высочайшими рескриптами. Все эти документы подтверждают значение Екатерины II для ИВЭО, и Александром I было возвращено изображение императрицы на наградные медали Общества.

Работа по основным направлениям продолжалась и расширялась. Безусловно, очень многим обязана Обществу российская статистика. С самого учреждения ИВЭО занималось сбором экономических сведений о России путем рассылки помещикам и губернаторам особых опросников. Александр II даже обязал подданных непременно отвечать на запросы. Статистические методики с каждым годом совершенствовались, на вооружение брались западные наработки, работы российских экономистов.

Распространение сельскохозяйственных культур началось так же со дня основания, членам, часто бывающим за границей, заказывались семена, устраивались экспериментальные огороды, хутора. Земледелие в Сибири — одно из важных в этом отношении исследований, именно члены ИВЭО первыми разрабатывали вопрос о целесообразности освоения целины. То же относилось и к животноводству: новые породы, ветеринарные знания, изготовление молочных продуктов. Ко всему этому стоит добавить работу по изучению и распространению сведений о новейших и производительных сельскохозяйственных машинах. У организации была собственная механическая мастерская. Тогда промышленность в России во многом ограничивалась производством именно сельхозмашин, но собственно промышленное производство также было для ИВЭО важным направлением.

Вольное экономическое общество занималось распространением экономической грамотности по многим направлениям. Было создано несколько сельскохозяйственных школ, бесплатно рассылались книги, проводились публичные лекции, оказывалась поддержка талантливым студентам, в том числе из крестьян, устраивались выставки, открывались в разных губерниях публичные библиотеки.

Важным начинанием стало создание разных коллекций: естественных и других предметов, минералов, почв, растений, животных; работали музеи: народной промышленности, прикладной естественной истории, моделей и машин.

Энергосбережение, устройство домов, не вредящих здоровью, противопожарные меры, сохранение лесов, экспедиции в неизученные районы империи — Общество работало все активнее с развитием научных и географических знаний.

ВЭО и борьба с пьянством

С самого начала своей деятельности и до наших дней социология, общественные проблемы были таким же центром внимания Вольного экономического общества, как и собственно экономика. Насущные для народа вопросы постоянно ставились на обсуждение: положение крестьян, борьба с голодом, детская смертность, община, состояние общества после отмены крепости — лишь очень малая часть вопросов, которыми занималась организация. Интересно, что пристальное внимание было обращено и на проблему алкоголизации.

В самом конце XIX века вопрос пьянства среди крестьян стоял настолько остро, что была учреждена особая комиссия при Министерстве финансов. Процесс усиления алкоголизации продолжался на тот момент уже столетие. В связи с этим в своих трудах ИВЭО разместило аналитическую записку по этому вопросу. Началось все с того, что в 1795 году продажу вина (так тогда называлась водка, или полугар крепостью 37,5 градусов) отдали откупщикам, которые мгновенно перешли к массовым злоупотреблениям, в первую очередь, повсеместному открытию кабаков под видом харчевен. Спустя 10 лет был Высочайше учрежден комитет, целью которого было и ограничить число кабаков, и сохранить доходы казны. Интересно, что комитет предложил многие меры, которые во всем мире применяются и до сих пор (см. далее в этом номере). Вот, что по этому поводу отмечено в аналитической записке ИВЭО:
«Комитет нашел, что при допущенном размножении кабаков, соблазн и развращение происходят в них, главным образом, от заведений в особых этажах или комнатах, под именем харчевен — настоящих трактиров, в которых, кроме харчей, продаются всякие напитки и учреждены разные игры и забавы, привлекающие туда сборища; что пиво и мед могли бы существенно заменить вино, и, тем вознаградить винный откуп; но будучи отдаваемы нераздельно с винной продажей в одни руки, не имеют полного своего расхода. В отвращение этого комитет положил: 1 ) вместо произвольного учреждения питейных домов и выставок, ограничить число их тем, какое было при отдаче откупов с 1803 года, и новых впредь не заводить; 2) выставлять вино не в прочных строениях, а в палатках; 3) запретить продажу вина при винокуренных заводах; 4) для обращения питейных домов к первоначальному их назначению для простого народа, помещать их не иначе, как в нижних этажах; 5) для уменьшения по возможности способов привлечения и разврата, уничтожить все заведения или трактиры при питейных домах, которые были местами большого соблазна; 6) трактиры иметь в особых домах и откупщикам запретить содержать их, а для удобства жителей разрешить в них продажу пива; 7) пивную продажу отделить от винной и образовать особый откуп».
Откупщики нашли массу лазеек, так что в 1817 году откупная система была заменена государственной, однако при лоббировании графа Канкрина, который был министром финансов и главной целью имел наполнение казны, через 10 лет откупщикам было возвращено это право.

«В 1837 году министр государственных имуществ, граф Киселев, в представлении комитету министров, объяснял, что откупные условия способствовали распространению пьянства между государственными крестьянами тем, что в их селениях число питейных домов было в четыре раза более, чем в селениях других ведомств; что дозволение с 1835 года учреждать штофные лавочки вдруг увеличило число кабаков вдвое; что допущенные удобства в помещении питейных домов доставили все средства к соблазну и разврату; что стеснение по деревням пивоварения заставило крестьян обратиться к вину. Кабаки обыкновенно помещались подле волостных управлений: мирская сходка по необходимости собиралась перед кабаком. Таким образом при посредстве вина совершались сделки, избирались должностные лица, определялись незаконные денежные сборы», — читаем далее в документе Общества.

В какой-то момент откупщики, воруя огромные средства и задирая цены, чтобы покрыть недоимки столкнулись со стихийным народным движением — обществами трезвости, которые были вовсе не такими мирными, как теперь, а громили питейные заведения и избивали откупщиков. Общества распространились в 32 губерниях, многие откупщики были разорены, активность трезвенников была столь высокой, что даже была запрещена. В 1859 году бунт трезвенников пришлось даже подавлять армией, но тем не менее, это движение привело к тому, что была учреждена акцизная система, а откупщики отстранены от виноторговли.

«Между тем, — продолжаем цитировать заключение ИВЭО, — вопрос о пьянстве не теряет своего значения, и в настоящее время столь же современен. До введения акцизной системы, почти все сваливали па откуп, который действительно не мог не иметь вредного влияния на народную нравственность; но все-таки он является не коренной причиной пьянства, доказательством чему служит настоящее положение дела, при существовали акцизной системы. Не мешает здесь взглянуть на некоторые меры, предлагавшаяся и в прежнее время, предлагаемые и теперь опять.
Так, например, предлагают повысить акциз в уверенности, что дороговизна вина остановит в значительной степени пьянство. На это можно возразить, что дороговизна может только сократить потребление вина, но едва ли остановить пьянство. В этом не трудно убедиться. Известно, например, что водка очень дорога в Ирландии, но там же и развито в весьма значительной степени пьянство. Наконец, в самой России пьянство наиболее распространено в тех местностях, где существовал откуп, и где цены на водку были выше, чем в неоткупных местностях.

Далее, некоторые, например, «Московские ведомости», предлагают усиление наказаний за прогулы по причине пьянства и за публичное появление в пьяном виде. Пора уже убедиться, что драконовские законы ни к чему не ведут. В этом отношении факты еще более говорят против названной меры. Ограничимся одним примером из истории Англии, где в конце прошедшего столетия духовенство, игравшее в то время важную роль, усиленно ходатайствовало перед парламентом о возможном увеличении акциза на вино для уменьшения пьянства и поддержания нравственности. Плодом этих усилий был парламентский акт 1785 года, в силу которого акциз на вино был увеличен до баснословной цифры — фунта стерлингов на галлон (1/3 ведра). С целью исполнения этого закона, вместе с тем были изданы поистине драконовские законы, угрожавшие нарушителям наказанием кошкой (особая плетка для наказаний) и ссылкой. Но практика не замедлила протестовать против такого стремления. Все добропорядочные торговцы бросили постыдный при таких условиях промысел; торжествовали одни отверженные, т.е. бездельники, которые, потеряв все, и состояние, и честь., бросились на скользкий путь. Сильно распространились и корчемство, и пьянство».

В заключении члены общества заключают: «наименее неудовлетворительным мы признаем ограничение числа распивочных заведений и доставление народу возможности покупать дешевую и хорошую водку в специальной посуде (а не на розлив), а также запрещение открывать питейные заведения вблизи волостных правлений и подобных местах». 

Вольное экономическое общество в Первой мировой войне


В «Трудах» ИВЭО за 1913 год выходит большая статья ученого-экономиста Льва Борисовича Кафенгауза «Промышленный подъем 1909 — 1913 гг. и ближайшие перспективы промышленного развития России». Очевидно, Вольное экономическое общество готово полностью включиться в промышленную революцию. Но тут начинается Первая мировая война. Организация не оказывается не у дел, а переключается на «военное положение».

В «Трудах» за 1914 и 1915 годы мы видим постоянные отчеты «ИВЭО во время войны», отчеты о сборах пожертвований, анализ экономической ситуации и мер, предпринимаемых правительством для нужд фронта.

В 1915 году эсер, долгое время проживший за границей, Николай Чайковский, прочел доклад о работе образованной при Обществе особой комиссии для изыскания мер борьбы с экономической дезорганизацией страны и оказания помощи прямым и косвенным жертвам войны.

Комиссия была разбита по разным направлениям деятельности при участии общественных деятелей обеих столиц и разных губерний.

Денежными пожертвованиями было собрано к тому моменту около 40 тыс. рублей, не считая подписки на госпитали, учрежденные ИВЭО, книг для чтения раненым и белья. Книжный отдел разослал более 800 библиотек в 400 госпиталей.

По госпитальному отделу было собрано до 50 тыс. рублей на организацию и содержание двух госпиталей.

В Вильно устроен приют для детей беженцсв, содержание которого обходилось в 400 руб. ежемесячно. Кроме того, соединенному комитету из общественных деятелей различных национальностей — литовцев, поляков, евреев и белорусов — взявшему на себя организацию помощи пострадавшему от войны населению, предоставлено ежемесячное пособие в 300 рублей. Подобному же комитету в Варшаве ассигновано 500 руб. ежемесячно. 

Производилось исследование нужд сельского населения Царства Польского и прилегающих районов для выработки плана организованной помощи через уполномоченных Общества на местах и местных активистов.

В научном плане Общество оценивало состояние финансов страны, вырабатывало обоснованные предложения, в том числе касательно рисков и возможностей печатания бумажных денег, глубоко оценивало возможные налоговые и другие меры, направленные на военные нужды государства.

Работа во время войны стала, пожалуй, заключительной яркой страницей деятельности Императорского вольного экономического общества до его возрождения в 1982 году под названием Научно-экономического общества, затем — Всесоюзного экономического общества, и, наконец, возвращения в 1992 году исторического название — Вольного экономического общества России.

Авторы: Константин Петриков, Андрей Травин

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here